Клад атамана Анненкова

Клад атамана Анненкова. Все еще не дает покоя казахстанским кладоискателям

Он все еще не дает покоя охотникам за антиквариатом

Прежде я слышал легенду о том, что атаман Анненков, уходя с войском в Китай, приказал артиллеристам блеснуть напоследок мастерством. Они так точно укладывали в степи снаряд за снарядом, что возникла угрожающая надпись: мы вернемся. Но только ли затем, чтобы восстановить царский режим? Сегодня историки и охотники за антиквариатом пересказывают друг другу легенды о том, что Борис Анненков перед уходом в Китай спрятал все свои сокровища в горах Рудного Алтая.

По одной из легенд, ко — торые собрал усть-каменогорский историк и антиквар Александр Харламов, в 1920 году атаман отдал распоряжение нескольким казакам спрятать архив своего войска, обмундирование, оружие, золото, драгоценности и антиквариат в пещере некоей «приметной» горы. В той пещере якобы могли одновременно поместиться 60 лошадей. Вход в пещеру взорвали. Молва донесла сведения о том, что на вершине той горы будто бы стоит огромный каменный куб, исписанный арабской вязью.

Между тем столь приметных гор в Восточном Казахстане много. Есть, например, Теремки на Убе или Федулов Шиш — на Бухтарме.

По другой легенде, шесть казаков Бориса Анненкова однажды поздно вечером попросились на ночлег в дом жителя Тарханки. Они прибыли на нескольких тяжело груженных подводах. Наутро гости отправились в горы. Вернулись без груза. Сели за стол, выпили медовухи. Из бессвязной речи солдата хозяин избы понял, что казаки спрятали в горах золото атамана Анненкова. Когда изрядно надравшиеся казаки стали грязно приставать к хозяйке дома, ревнивый муж уложил из ружья всех незваных гостей. Не подумал, что никто уже не расскажет, где же был закопан атаманов клад.

>Третья легенда гласит о том, что все несметные сокровища знаменитого атамана спрятаны в окрестностях Риддера. Однажды пожилая женщина отправилась с внуком в горы по ягоды. Спускаясь по склону, мальчик провалился в промоину, которая на самом деле оказалась входом в пещеру, где были спрятаны оружие и золото. Мальчуган прихватил с собой только винтовку и бронзовую буддийскую статуэтку. Внезапно начался дождь. Путники поспешили домой. Позже они решили вернуться, но уже не смогли найти заветное место. Много лет женщина хранила статуэтку у себя дома, использовала как гнет в бочке для засолки капусты. А затем продала вещицу заезжим скупщикам антиквариата.

Найти клад надеются тысячи, реализовать мечту удается единицам. Как считают специалисты, за всю историю цивилизации люди зарыли в землю порядка 300-400 тысяч тонн золота и около 2 млн 400 тысяч тонн серебра. Если выкопать и переплавить все клады, то на каждого из нас, ныне живущих землян, придется золотой слиток в 60 граммов и серебряная болванка в четверть килограмма.

В давние времена поиск кладов был уделом романтиков-дилетантов, вооруженных исключительно лопатами. Сегодня существует целая индустрия такого поиска. Вместо заступов современные кладоискатели пользуются импульсными металлоискателями. Нынешные поисковые системы позволяют обнаружить крупные металлические объекты на глубине до пяти метров. При этом игнорируется мелкий мусор: гвозди, пробка, фольга.

На подъем затонувших кораблей ежегодно расходуется свыше 300 миллионов долларов. Однако, как и в древности, большинство кладов находят случайно. Самым большим находкам, словно кораблям, присваивают имена. Существует, например, легенда о сокровищах Наполеона — двух бочках, доверху набитых золотом, которые Бонапарт якобы вывез из разграбленной Москвы и зарыл где-то на территории Беларуси. За двести лет кладоискатели перелопатили горы земли на пути бегства французского войска из России.

В селе Прииртышском на берегу реки был найден кувшинчик, из которого высыпались 240 монет советского времени. Довольно часто попадаются денежные заначки в стенах старых домов. Так, в 1989 году при разборе дома на улице Максима Горького, 50 рабочие нашли замурованные в стене монеты дореволюционной эпохи. Они были завернуты в бумагу. Большую часть клада растащили рабочие, музею досталось 59 медных монет, датированных 1860-1916 годами.

Историки считают, что наибольшее число кладов зарывалось во время народных бедствий или крупных исторических событий (что, в общем-то, одно и то же). Множество древнерусских кладов связано с монголо-татарским игом. Обилие кладов русских монет ХVII века (обычно в глиняных сосудах-кубышках) также обусловлено бурными событиями этого века — войнами и народными восстаниями.

В первые годы советской власти клады, как правило, зарывали священники. Они умышленно скрывали церковные ценности от богохульной власти. По словам риддерского палеонтолога-любителя Виктора Ларионова, в горах, где-то между Черной и Белой Убой, есть распадок, называется он Белая церковь. Там местные охотники наткнулись однажды на остатки большого сруба, возле которого была еще и каменная келья. До революции на Убе было много скитов. Для успокоения души староверы построили в труднодоступном месте часовню, вырубили в скале подобие храма, намыли в притоках Убы золото и отлили из него колокол. Вот там и молились, искали душевный покой.

А потом грянула революция, за ней — Гражданская война, голод, продразверстка. Кержаки изо всех сил противостояли экспроприации. Однажды на поиски пропавших обозов с хлебом отправился отряд ЧОНа. Убегая от чекистов, староверы спрятались в Бандитском логу. Там и жили, промышляя охотой. Но тут новая беда — началась тотальная борьба с религией. Коммунисты рушили храмы везде, где они были. На всякий пожарный случай четверо богобоязненных мужиков сходили в Белую церковь, сняли золотой колокол, погрузили на телегу церковную утварь и повезли. Не доезжая Бандитского лога, спрятали сокровища в пещере, а вход взорвали. Позже красноармейцы окружили Бандитский лог, кто-то из суровых кержаков погиб, а кто-то на связанных вожжах спустился с отвесной скалы в сторону Черной Убы и ушел. Во время допроса пленные рассказали про золотой колокол. Его искали долго, но тщетно:

И вот еще один характерный случай, о котором рассказал житель Верх-Убы Михаил Рыльский. Сто лет назад у слияния двух речек стоял родовой дом Прокопия Федорова. Когда пришли раскулачивать Федоровых, хозяин успел зарыть под ветлой шесть бочонков меда и глиняный горшок с золотыми и серебряными монетами. Коммунисты выслали Прокопия из родного села, он умер на чужбине. А легенда о его кладе осталась.

В 1990-х годах приехали внуки на родину деда, вместо дома увидели ушедший в густую траву фундамент. Неподалеку стояла ветла, покореженная молнией. И взялись мужики за лопаты. Две недели копали, а золота так и не нашли. Прошло еще 15 лет. Клад никому покоя не давал. Прошлым летом внуки снова приехали, привезли алюминиевые рамки-искатели, снова начали копать. К ним в этот раз присоединились даже владельцы местного молокозавода. Копали с разных сторон, но рамка оживала только возле старой ветлы.

И вдруг из-под корней сначала брызнула, а потом буквально хлынула чистая родниковая вода и умыла перепачканных грязью кладоискателей. Сели они на землю, выпили воды, помянули добрым словом Прокопия и сделали вывод, что родник этот и есть родовой клад. А золото — это наша память:

Андрей КРАТЕНКО

Источник — Экспресс-К

ТАЙНИКИ АТАМАНА АННЕНКОВА

В их поисках примет участие исследователь из Петербурга

В июле Комитет национальной безопасности (КНБ) Казахстана планирует провести необычную поисковую экспедицию в приграничную с Китаем зону хребта Джунгарский Алатау. В годы Гражданской войны в этих пустынных местах бывшей Семиреченской области схлестнулись в смертельной схватке красные большевистские отряды и белые казаки атамана Анненкова. Цель экспедиции КНБ — розыск тайников Бориса Анненкова. Тогда, в 1920 году, покидая Россию, атаман решил спрятать в горах большую часть своего вооружения а возможно, и ценностей, надеясь, что однажды вернется, и все это опять понадобится. Атаман вернулся в Россию, но совсем не так, как он предполагал…

Духовный брат Унгерна

Его имя было проклято не только советской пропагандой, но и белоэмигрантами. Дело в том, что само «возвращение» Анненкова в СССР было представлено всему миру как добровольное, так же, как и его якобы покаянные письма в адрес белой эмиграции, изготовленные на Лубянке распространявшиеся в 1920-х годах. Подлинные обстоятельства «возвращения» атамана в СССР впервые стали выясняться относительно недавно. Теперь уже известно, что его похищение явилось одним из первых шагов ОГПУ по обезглавливанию белых сил за рубежом.

Анненков был весьма интересной и трагической личностью – качества настоящего супермена сочетались в нем с фанатичной верой в правоту борьбы с большевизмом, ради которой он не жалел ни своей, ни чужих жизней. Ярость и фанатизм сближают его с другим белым генералом, боровшимся с большевиками на востоке – инфернальным бароном Унгерном, будто бы пришедшим в XX век из далекого средневековья. Они не были знакомы, но в Азиатской дивизии Унгерна почему-то был Анненковский полк.

По окончании Александровского военного училища Борис Анненков попал в 1-й Сибирский казачий полк, дислоцировавшийся в Семиречье на самой границе с Китаем. Там Анненков в совершенстве овладел киргизским и китайским языками. Кроме того, он был прекрасным спортсменом. Штурмовал грандиозные, никем доселе не покоренные вершины Джунгарского Алатау и давал им названия — гора Императора Николая II, гора Казачья… Наверное, он был первым альпинистом в этих и по сию пору безлюдных горах. «Это человек, богато одаренный Богом, смелый, решительный, умный, выносливый, всегда бодрый. Сам отличный наездник, спортсмен, великолепный стрелок, гимнаст, фехтовальщик и рубака», — писал об Анненкове один из лидеров Белого движения Петр Краснов.

В Первую мировую Анненкова назначили командиром партизанского отряда из казаков-добровольцев, который действовал в тылу немецкой армии, разрушая коммуникации. За короткое время он заслужил в боях Георгиевское оружие, английскую золотую медаль «За храбрость» и французский орден Почетного легиона.

После Октябрьского переворота отряд, не дав себя разоружить, прибыл в Сибирь. С этого времени и началась борьба Анненкова с большевиками.

Татуированное войско

Барон А. П.Будберг, управляющий военным министерством Колчака в Омске, редко отзывавшийся о ком-то хорошо и особенно не любивший сибирскую «атаманщину», об Анненкове, тем не менее, писал так: «… этот атаман представляет собой редкое исключение среди остальных сибирских разновидностей этого звания; в его отряде установлена железная дисциплина, части хорошо обучены и несут тяжелую боевую службу, причем сам атаман является образцом храбрости, исполнения долга и солдатской простоты жизни».

Захватив все северное Семиречье, Анненков все же так и не смог взять город Верный (ныне Алма-Ата). Во многом из-за разногласий с войсковым атаманом Семиреченского казачьего войска генералом Ионовым. Однажды, летом 1919 года, Анненков даже арестовал генерала Ионова. В конце концов, Колчак произвел Анненкова в генерал-майоры, и он стал единоличным хозяином Семиречья. Помимо казачьих частей в его армию входили Китайско-маньчжурская и Киргизская конная бригады. Бойцы украшали себя татуировками в виде православного креста и причудливо извивающихся змей.

Знаменем отряду служило черное полотнище с черепом и костями и надписью «С нами Бог». Вероятно, ностальгическая любовь к старой императорской армии, заставила Анненкова создать в своих частях полк черных гусар, полк голубых улан, кирасирский, драгунский… Анненков требовал от подчиненных всегда быть одетыми с иголочки, и его части выглядели как на параде.

«Мы вернемся»

Под давлением превосходящих большевистских войск Семиреченская армия Анненкова оказалась прижата к китайской границе. До конца марта 1920 года он держал фронт, но потом ему пришлось уйти в Китай. Незадолго до перехода, зная, что оружие придется сдать китайцам, и надеясь когда-то возвратиться, Анненков устроил в горах схроны, куда спрятал значительную часть тяжелого вооружения. Ходила легенда, что на прощание виртуозные анненковские артиллеристы расстреляли последние снаряды, которые своими воронками оставили на земле надпись: «Мы вернемся».

Перешли границу 4200 человек. Через несколько месяцев в городе Гучене между анненковцами и китайскими войсками произошел вооруженный конфликт. Для его улаживания атаман выехал на переговоры с китайскими властями и сразу же был арестован. Анненкову пришлось провести в китайской тюрьме три года… Китайцы пытались выманить у него деньги, якобы остававшиеся в Семиреченской армии, пытались приучить его к курению опиума, чтобы сломить дух, но ничего не вышло. После ходатайств международных организаций атамана освободили в феврале 1924 года.

Анненков поселился вблизи города Ланьчжоу. Там он, незаметно для посторонних глаз, начал предпринимать попытки по объединению своих партизан, распылившихся к этому времени по всему Китаю. А для прикрытия занимался разведением и выращиванием лошадей, обзаведясь небольшим конным заводом. Но его действия не ускользнули от агентуры ОГПУ в Китае. В то время в этой стране шла междоусобная война между различными китайскими маршалами. Всем им требовались профессиональные военные, «солдаты удачи». Многие русские белые офицеры, в поисках заработка вступили в эти враждующие армии военными советниками, а иногда создавали даже целые русские отряды при китайских войсках. Анненков тоже задумывался над этим – при условии создания такого отряда он смог бы вновь объединить своих партизан. У него было два варианта – вступить в армию маршала Фэн Юй-сяна, или в армию его противника – правителя Маньчжурии маршала Чжан-Цзо-лина. Предложения он получил от обоих. На свою беду он выбрал первого…

Ключевую роль в разработанной чекистами операции по захвату Анненкова сыграли маршал Фын Юй-сян, руководитель группы советских военных советников при его армии Примаков, а также предатель белого дела – бывший полковник генерального штаба донской казак Гущин, который сотрудничал с ОГПУ.

Наряду с белогвардейцами советские военные и чекисты к тому времени также состояли в советниках у Фын Юй-сяна. Венцом их игры против Анненкова стало его заманивание, при помощи белого полковника Гущина в ловушку в городе Калгане. Атаман прибыл туда после встречи с маршалом Фын Юй-сяном. С тайного согласия последнего и произошел его арест красными 31 марта 1926 года.

Имеются сведения о попытке освобождения атамана верными ему людьми во время передвижения советских автомобилей с плененным Анненковым к границе Монголии, но она не увенчалась успехом. Уже в поезде, когда тот шел по Сибири, атаман сам попытался бежать — зашел в туалет, обмотал полотенцем руку, выбил стекло, но ворвавшиеся чекисты не позволили ему выпрыгнуть из вагона.

Борис Анненков был расстрелян 24 августа 1927 года. По рассказу очевидца, произошло это в камере семипалатинской тюрьмы. Атаман геройски принял смерть, разорвав на груди рубаху и проклиная палачей…

Анненков оставил после себя много легенд и загадок… По сей день ходят слухи о якобы спрятанных им при уходе за рубеж кладах. Может быть предстоящая экспедиция КНБ Казахстана снимет часть этих загадок, и мы узнаем, что в действительности спрятал атаман в диких горах Джунгарского Алатау?

Розыски будут вестись на основе карты схронов оружия, составленной в 1920 году офицером отряда Анненкова штаб-ротмистром Сухаревым. Схема в числе других документов архива атамана по каким-то причинам была отдана Анненковым своему переводчику-дунганину. Тот позднее передал их кому-то из анненковских. Архив попал из Китая в США, а затем в Европу. Однажды его нынешнему владельцу попались на глаза работы питерского исследователя Максима Ивлева, посвященные атаману. После этого архив, по словам Ивлева, «сам нашел» его. К счастью, в Казахстане отыскался свой энтузиаст – бывший начальник погранзаставы, а затем погранкомендатуры в тех местах полковник в отставке Вадим Гольцев. Он помогал пробивать экспедицию с казахской стороны. Редакция «Тайного советника» будет информировать читателей о ее ходе.

Максим Ивлев