Реальные истории кладоискателей о поисках кладов

Сокровища Кубанской Рады

Неоднократно и от читателей, и просто людей, интересующихся поисковыми работами, я слышал просьбы рассказать о том, каким именно образом ведутся розыски исторических кладов. Как мне удается либо подтвердить, либо решительно и окончательно опровергнуть ту или иную кладоискательскую легенду, зачастую много столетий волнующую умы досужих обывателей? Частично на этот вопрос я ответил осенью 2002 года, выпустив в издательстве «Вече» книгу «Тайна ль вовек их подземелий». К сожалению, тираж книги составлял всего 7000 экземпляров и к настоящему времени он давным-давно распродан. Вопросы же все продолжают поступать. И ответить на них как-то кратко и однозначно мне весьма нелегко. Примерно так же, как спортивному тренеру за несколько минут обучить новичка довольно сложному приему. Но, как всегда, профессиональному поисковику помог случай. Весьма известный в Краснодарском крае поисковик и кладоискатель Ю. И. Харчук как-то обратился ко мне с предложением написать книгу, посвященную истории образования, исчезновения и ддительных поисков так называемых сокровищ Кубанской рады.

Вот прекрасный случай, — подумал я, прочитав его письмо, — ведь и действительно, можно удачно совместить приятное с полезным. Написать для начала небольшую статью о пропавших сокровищах и заодно рассказать в ней о том, как именно ведутся сами поиски. При этом я полагал, что необходимо начать свое повествование с предварительного анализа легендарного материала, связанного с данной конкретной проблемой. Ведь начиная любой поиск, прежде всего сталкиваешься со многими удивительными легендами и мифами. Но это еще не все. Зачастую искателю исторической истины приходится буквально с головой погружаться в гущу загадочных, а зачастую и попросту детективных историй. Так статья за статьей, глава за главой я и написал данную книгу.

Итак — сокровища Кубанской рады. Что мы с вами знаем о них? Давайте мысленно перенесемся в далекий 1917 год. После распада Российской империи на ее огромном пространстве начались те же самые события, которые сотрясали и СССР в 199!— 1992 годах — И еще до Октябрьской революции, а именно 5 октября 1917 года, несмотря на решительные протесты Временного правительства, краевая Казачья рада приняла постановление о выделении края в самостоятельную кубанскую республику. И основную роль в управлении этой отколовшейся территории захотело взять на себя коренное кубанское казачество. Не забудем, что так называлась часть населения нынешнего Краснодарского края, происходящая от запорожских казаков, переселенных на Кубань с Украины в конце XVII1 века.

Событие это имеет непосредственное отношение к моей истории, поскольку именно казаки и были основными владельцами и даже в чем-то основоположниками исчезнувших сокровищ. Известно, что запорожцы практически с XVI века, еще с тех пор, когда они базировались на днепровском острове Хортица, начали собирать в общий кошт часть военных трофеев и формировать из них некую общественную казну, по некоторым данным, весьма значительную как по массе, так и по составу хранящихся в ней ценностей. После 1775 года, когда Сечь была упразднена, сия изрядно распухшая казна последовала вслед за ними на Кубань. И там она тоже не лежала втуне, она росла и тяжелела. Южные области России быстро богатели на торговле и сельскохозяйственном производстве, а вырученное за продукты и фураж золото оседало в Екатеринодарском банке. Разумеется, к началу 1918 года, то есть к тому времени, когда революция докатилась и до Юга России, там были сосредоточены не только военные трофеи запорожцев, но и другие: частные и государственные авуары. В Екатеринодаре хранились значительные финансовые ценности в виде золотых полос, слитков, ценных бумаг, золотых и серебряных монет, икон в золотых ризах, кадильниц, золотых крестов и прочего ценного имущества.

По данным краснодарского краевого общественного фонда «Русский кладоискатель», для того чтобы экстренно погрузить все вывозимые из банковских хранилищ ценности, потребовалось аж 80 пароконных подвод. Много это или мало? И как нам оценить (хотя бы приблизительно) современную стоимость спрятанных или расхищенных сокровищ? Некоторые оценки, проведенные зарубежными специалистами, указывают цифру в 5 миллиардов долларов США! Но насколько верны и обоснованны столь оптимистические оценки?

Давайте посчитаем вместе. В среднем рядовая подвода без особых проблем способна перевозить примерно 500 килограммов груза. Итого: весь обоз мог перевозить примерно 40 тонн всевозможных ценностей. Однако из этого солидного веса мы смело откидываем треть его, поскольку бумажные раритеты прошлых лет вряд ли много стоят теперь. Кроме того, не забудем и вес самих возниц, да и припасы охраняющих обоз кавалеристов. Да, именно треть из этого груза мы вычеркиваем смело. Остается 25, ну, может быть, и 30 тонн. Немало, на первый взгляд. Но, исходя из разницы в цене между ходившими в то время в бытовом обороте монетами из золота и серебра, получаем соотношение 1:10.

Следовательно, при самом пессимистичном взгляде на сред-невесовой состав сокровищ Кубанской рады, я оцениваю массу вывезенного из Екатеринодара именно золота всего в 3— 4 тонны. Представим себе теперь, что оно все еще дожидается своего удачливого кладоискателя. Исходя из стоимости золота на данный момент, получаем сумму примерно в 40-43 миллиона долларов США. Да многочисленные серебряные вещички, да драгоценные камни. На круг получится ценностей этак миллионов под 60—80. Но уточню, что это лишь самый грубый подсчет, сделанный просто по стоимости лома драгоценных металлов, иными словами, нижний уровень оценки. В учет мною, естественно, не брались значительные количества высокохудожественных и антикварных изделий, а также драгоценных камней, которые оценить «за глаза» достаточно трудно. Так что общая стоимость спрятанных сокровищ вполне могла достигать и миллиарда долларов в пересчете на сегодняшний курс. По идее, здесь есть за что бороться простому кладоискателю, И если бы все легендарные сокровища на самом деле лежали в одном месте, то. ух, аж дух захватывает от сияющей перспективы их обнаружения.

Но именно в этом пункте у меня есть очень большие причины для сомнения. И вот на чем они основаны. Прежде всего, давайте вкратис рассмотрим историческую обстановку, тот своеобразный внешний фон, на котором развертывались описываемые мной поистине драматические события. Начнем с того, что вспомним о происходившем в агонизирующей стране революционном переделе власти и собственности. Разожженный в далеком Петрограде революционный пожар менее чем за полгода докатился и до казачьих земель. Устоявшиеся за многие годы привычки, весь образ мыслей и жизни казачьего сообщества никак не гармонировал с предлагаемыми коммунистами порядками. Казалось, рушился весь мир! Естественна была и реакция потомственных казаков на скорое появление ниспровергателей вековых основ и традиций — ничего добровольно не отдавать и всеми силами сопротивляться неожиданной напасти.

Вот и история сокровищ Кубанской рады как исторического клада начинается с того момента, когда I (14) марта 1918 года передовой отряд революционных войск под командованием некоего товарища Сорокина ворвался в Екатермнодар. С того времени обстановка на Юге России менялась неоднократно и весьма радикально. Первоначально 80 подвод, отягощенных ценным грузом, довольно организованно покинули шлакованный большевиками город и, сопровождаемый специально выделенной охраной, отошел к аулу Шенджи. Естественно предположить, что вывезенные из Екатеринодарского банка ценности поначалу вовсе и не прятались, а какое-то время путешествовали вместе с боевыми частями, являя собой некое подобие госбанка на колесах. Известно, что бумажные, а затем и серебряные деньги выплачивались в качестве жалованья военнослужащим, а также шли на закупку продовольствия и фуража. Но понятно, что долго так продолжаться не могло. После соединения частей, выбитых красными из Екатеринодара с соединениями Добровольческой армии, была предпринята попытка отбить обратно захваченный большевиками город. Попытка, как мы знаем из истории, окончилась гибелью генерала Корнилова, командовавшего белой армией. И вот тут-то, скорее всего, и настал своеобразный «момент истины», показавший всем ответственным за сохранность ценностей липам, что пришла пора действовать более ответственно и осмотрительно. Ведь в отличие от первых месяцев противостояния старой и новой власти, уже стало предельно ясно, что раздиравшие Россию на части проблемы, быстро разрешены не будут и поэтому ценности следует спасать более энергично. А как надо поступать с требующими сохранения предметами, на Руси знали издавна. Их следовало прятать. Но современным кладоискателям хорошо известно, что прятать что бы ю ни было можно всего по двум схемам, или, как еще теперь говорят, технологиям — «до востребования» или «ликвидационное Тут мне следует прервать мое повествование и сделать небольшое пояснительное отступление.

Вынужден несколько разочаровать ценителей «авантюрного жанра» и заявить, что начало каждой кладоискательской истории, каждого, иной раз совершенно головоломного поиска обычно начинается довольно стандартно. Нет, нет, не с заточки старой лопаты и не с настройки любимого миноискателя. Поиск начинается со сбора, анализа и всесторонней обработки имеющейся информации, так или иначе связанной с расследуемой историей. Да, именно с расследования, ибо кладоискатель по сути своей является тем же следователем. Правда, расследует он не грабеж или убийство, а обстоятельства, при которых было сделано то или иное историческое захоронение. И очень важную роль в этом расследовании играет правильный ответ на один нетривиальный вопрос, над которым редко кто из неспециалистов задумывается. Вопрос этот звучит так: «Какого же рода клад нам предстоит искать?»

Итак, теперь и вы знаете, что все клады во всей своей огромной массе делятся всего на две диаметрально противоположные группы. Одна из них называется — клады «до востребования», а вторая — клады «ликвидационные». К какой же категории можно отнести пропавшие сокровища Кубанской рады? Вопрос, поверьте, вовсе не праздный. Во многом точно проведенная классификация того или иного ценного захоронения определяет весь дальнейший ход практических поисков. Но сначала поговорим немного о том, какова же принципиальная разница между двумя типами кладов. Суть эта состоит в том, что клады «до востребования» прячутся их владельцами таким образом, чтобы их впоследствии можно было легко отыскать, а после отыскания — достать. Следовательно, при закладке клада первого типа обязательно наличие надежных ориентиров и относительно неглубокое его заложение. Ликвидационные же клады, наоборот, прячутся владельцем таким образом, чтобы никто и никогда его впоследствии не отыскал и не извлек.

Иными словами, если не судьба воспользоваться сокровищами мне, то пусть и никому не достанутся. В качестве реальных примеров и тех и иных кладов, с которыми мне приходилось работать лично, можно обратиться к достаточно хорошо изученной истории нашествия наполеоновских войск в 1812 году. Так, например, четыре бочонка золотых монет (так называемый клад Я куба Кёнига) спрятанные тремя баденскими солдатами неподалеку от сгоревшей в тот же день барской усадьбы, можно смело назвать кладом «до востребования». Все его приметы однозначно указывают на этот факт. Прежде всего — клад был закопан недалеко от крупной усадьбы. Ориентир более чем удобный (кто же знал, что она через несколько часов сгорит дотла?). Далее, все бочонки были закопаны в одном месте, ровно в пятидесяти шагах от единственного в близлежащей сосновой роще гранитного валуна. Мало того, было строго выдержано и направление на тайник. От валуна следовало двигаться строго на юг. (Согласитесь, что крайне удобно искать спрятанное сокровище, постоянно сверяясь со стрелкой компаса.) Но и это еше не все. Солдатами было Тщательно помечено и точное место захоронения. Продолговатый, увесистый и белесый булыжник (тоже единственный в роще) с вырезанными на нем двумя продольными канавками указывал точное место, где был зарыт двухсоткилограммовый клад. Причем сторона с канавками была вдавлена в землю, а сверху булыжник казался совсем заурядным. То есть, было сделано все, чтобы бочонки можно было впоследствии без труда отыскать Следовательно, сей клад можно однозначно классифицировать как клад «до востребования».

А вот и другой пример из той же эпохи, но прямо противоположного свойства. Так называемый второй золотой обоз был захоронен по приказу Наполеона путем затопления его в достаточно большом и глубоком озере, расположенном в настоящее время на территории Белоруссии. Солдатами конвоя была прорублена шестиметровой длины прорубь и в свинцовую от стужи воду возницы торопливо вывалили 5 тонн серебра в слитках, примерно 800 кг золота и массу церковной утвари, вперемешку с сотнями прочих антикварных предметов. Утром следуюшего дня прорубь, естественно, замерзла, и никаких следов захоронения не осталось. Любопытно, что с самим озером впоследствии тоже произошло много интересного, но поскольку ценности оттуда, до сих пор не извлечены, я, пожалуй, деликатно прерву свое повествование на эту тему. Хочу лишь подчеркнуть, что данный клад был захоронен таким образом, чтобы его невозможно было ни найти, ни извлечь. Даже теперь, при помощи современной техники сделать это весьма трудно, а двести лет назад такая операция была абсолютно невозможной. Таким образом, второй золотой обоз являет собой яркий пример «ликвидационного клада».

А что же сокровища Кубанской рады? Их-то к какой категории захоронений следует отнести? Вопрос вовсе не так прост, как кажется поначалу, поскольку единая масса ценностей очень скоро начала особым образом «размываться». И этому прискорбному факту есть очень правдоподобное объяснение. Согласитесь, что крайне опасно путешествовать по столь неспокойной местности с таким неповоротливым обозом да еще в военное время. Подумайте сами. 80 подвод, конная охрана, скверные дороги. Вся процессия неминуемо растянулась бы как минимум, на километр, а то и на два. И никакими силами невозможно было длительное время передвигаться в гуще войск, сохраняя должный режим секретности и сохранности. Рано или поздно, лаже у охраны могли возникнуть определенные мысли.

Подтвердили возникшие у меня подозрения и некоторые опубликованные в кубанской прессе материалы, любезно присланные мне Ю. Харчуком. Среди них была и замечательная карта, на которой мой краснодарский коллега скрупулезно отметил крестиками все те населенные пункты, из которых когда-либо поступали сведения о продвижении гипотетической колонны с сокровищами. Раскрыв ее я поначалу со вполне понятным удивлением рассматривал карту Краснодарского края, буквально испещренную десятками крестиков. Но вскоре я разобрался в обстановке и обратил внимание на то, что большая их часть словно бы вытягивалась вдоль основных дорог, неудержимо направляясь к морю. Какая-то часть значков концентрировалась совсем недалеко от Краснодара, с его южной стороны.

— Что бы это могло означать? — ломал я голову. Наверное, как и сокровища, вывезенные Наполеоном из Москвы, отдельные части кубанских сокровищ тоже начали менять свой статус, подчиняясь неумолимой логике стихийно складывающихся обстоятельств. Ясно, что определенная и наверняка большая часть ценностей была спрятана по схеме «клад до востребованиям И эти действия вполне понятны и объяснимы. Царившие в коренном казачестве убеждения никак не могли смириться с той мыслью, что власть коммунистов продлится сколько-нибудь значительное время. Весь этот кошмар должен был скоро закончиться, и общественная жизнь тоже была обязана вернуться в привычное русло. Наверняка и Николаю Степановичу Рябовалу, председателю Кубанской рады, тоже казалось, что скоро все вернется на круги своя и ценности можно будет возвратить в банковские хранилища. Но, как все мы знаем, дальнейшие события развивались по совершенно незапланированному сценарию. Чего стоит только десантная операция враигелевеких войск, предпринятая в том же году! Высадившийся в районе Ростова десант Под командованием генерала Улагая довольно прямолинейно двинулся на Екатеринодар. Вот его маршрут: станицы Ольгин-ская, Хомутовская, Егорлыкская и Кореновская. И тут победный марш врангелевского десанта внезапно ломается и силы белых войск резко сворачивают, делая глубокий крюк через Некрасовскую, Щенджи и Елисавегинскую, обходят город с юга, в конечном счете нападая на Екатеринодар с запада. Почему так хитро? Наверное, у командиров белых войск имелись какие-то чисто военные причины? Возможно! Но не забудем, что именно в направлении аула Шенджи весной отступали войска краевого правительства. И вместе с ними шел и обоз с ценностями. Не забыли, о чем идет речь? 80 подвод с миллиардом! И первый вопрос, который я задаю себе, таков: «А не припрятал ли г-н Рябовал большую часть подведомственных ему сокровищ именно на этом участке пути, в этом конкретном районе?»

Мысленно переместимся в то время. Хаос, паника, разрозненные и зачастую скверно управляемые группы вооруженных людей вперемешку со штатскими беженцами стремительно двигаются в сторону близких гор Главного Кавказского хребта. И будучи неглупым человеком, Рябовал прекрасно понимает, что период хаоса и неразберихи долго не продлится. День, два, неделя, наконец, и все придет в какую-то норму. И его слишком заметный из-за своей вынужденной компактности обоз будет бросаться в глаза. К тому же нельзя было исключать и возможных попыток ограбления не слишком хорошо охранявшегося обоза со стороны либо летучих красных отрядов, либо нынешних сторонников, Самое умное, что мог сделать Рябовал, так это, пользуясь всеобщей, но временной неразберихой; быстренько спрятать самую массивную часть сокровиш по варианту клад «до востребования», обретя одновременно и спокойствие и, что немаловажно, большую свободу маневра. — Что ж, — можете сказать вы, — гипотеза вполне вероятная, но имеет ли она хоть какое-то подтверждение?

Оказалось, что имеет! Таких подтверждений оказалось целых два, хотя оба они носят так называемый косвенный характер. Первое подтверждение пришло после тщательного изучения карты, любезно присланной г-ном Харчуком. Поскольку Юрий Иванович тщательно нанес на карту Краснодарского края все места, так или иначе упоминавшиеся в связи с искомыми сокровищами, то на ней четко прослеживаются своеобразные следы, тянущиеся за значительной кладоискательской добычей. Что же увидел я, изучив столь интересный документ? Во-первых, сигнальными крестиками были помечены населенные пункты, компактно располагавшиеся именно с южной стороны Краснодара. Станицы Калужская, Новодмитровская, Ставропольская, Адыгейск, Прикубанский и аул Чибий, там, где иногда появлялся золотой обоз, находятся именно на юг от города. То есть действительно, первоначально обоз с ценностями плутал именно в радиусе 25—30 километрах от столицы Кубанской рады, засвечиваясь то в одном населенном пункте, то в другом.

А во-вторых. Тут мне необходимо дать некоторую предысторию. Примерно год назад на меня с заманчивым поисковым предложением вышел некий господин с нетривиальной русской фамилией Калашников. Во время одной из рабочих встреч он сообщил, что имеет достоверные данные о том, где же хранится основная часть кубанских сокровищ. (О том, как сам он получил такие сведения, я пока умолчу.) Изумлению моему не было предела. Тем более, он утверждал, что знает не только населенный пункт, но и конкретную усадьбу, ставшую пристанищем значительной части, казалось бы, бесследно исчезнувших ценностей. Единственное, что останавливало меня от спешной организации непосредственно поисковых мероприятий, так это то, что захороненные в 1919 году банковские ценности лежали именно в населенном пункте, а не в чистом поле. Поясню и этот момент. Работать в обжитых местах современному кладоискателю практически невозможно. Стоит только слегка намекнуть хозяевам земли, на которой необходимо провести поисковые мероприятия, что у них под ногами может находиться что-то ценное, как все двери перед тобой моментально захлопываются. Человеческая природа неистребима, и никто не желает делиться с тобой даже копейкой. Синдром «собаки на сене» практически всегда пересиливает все разумные альтернативы по совместным действиям. Вот поэтому-то, даже располагая достоверной информацией, я никогда не работаю в населенных пунктах, даже в самых маленьких.

Тем не менее моя догадка о том, что значительная часть груза была спрятана Рябовалом с компаньонами в непосредственной близости от Екатеринодара» получила некоторое подтверждение. Но давайте вновь вернемся к карте Ю. И. Харчука. Проследив расположение прочих крестиков, я понял, что несколько позже описанных мною событий именно от южных окраин Екатеринодара в дальний поход двинулась так называемая эвакуационная колонна, спасающая все еще остающуюся на колесах поклажу. Вернее будет сказать, что таких миниатюрных колонн, выделившихся из первоначальной золотой колонны, было несколько. В некоторой степени такой метод спасения ценностей имел полное право на жизнь. Неоднократно в истории войн случалось так, что попавшее в окружение воинство рассыпалось на мелкие группы, в надежде незаметно проскользнуть через боевые порядки противника. В данном случае положение обоза было сходное. Несколько разрозненных подвод имели гораздо, больше шансов незаметно проскочить по проселочным дорогам. А многолюдный конвой был слишком заметен и поэтому уязвим. Одна из таких мелких групп рванулась строго на запад. Так называемая западная колонна в поисках спасения направилась через Северскую и Абинск, т. е. кратчайшим путем к Черному морю. В Крымске колонна резко свернула к югу и, преодолев Главный Кавказский хребет, достигла Новороссийска. Вторая колонна, назовем ее «центральная», проследовала через Спавянск-на-Кубани до самой западной окраины Таманского по луострова. И третья колонна, названная мной «северной», взяла направление на Тимашевск. Достигнув данного населенного пункта, эта колонна тоже распалась. «Левая» ее половинка взяла курс на Приморско-Ахтарск, а «правая» — на Ейск. Вы, я надеюсь, замечаете определенную закономерность? Все без исключения колонны стремились к морю, к портам, через которые еше можно было покинуть объятую хаосом страну. И практически не подлежит сомнению тот факт, что большая часть поклажи достигла-таки портов назначения и была вывезена за пределы России.

Другой вопрос, достигла ли вывезенная поклажа каких-нибудь иных портов? Есть обоснованное предположение о том, что на борту миноносца (по другим данным эсминца) «Громкий», затопленного командой в 4 милях от Мысхако, хранилась часть вывозимых из России ценностей (координаты места затопления известны). Имеются также сведения и о том, что в порту Ёйска в 1919 году некоторое время стояла охраняемая военными загадочная баржа, из которой нечистым на руку деятелям удалось выкрасть изрядное количество золота. (Откуда взялось столько бесхозного золота в бедном Ейске?) Кроме того, есть известие о том, что часть исторических реликвий запорожского войска все же достигла берегов Америки, куда они могли попасть лишь морским путем. Дошли до нас и многочисленные свидетельства о том, как «ломались» и «терялись» отдельные подводы золотого обоза. Несомненно, уровень расхищения и вторичного перепрятываиия эвакуируемых ценностей был достаточно велик, особенно в нестабильной обстановке тех революционных, сумасшедших лет. Таким образом, можно смело заключить, что значительная часть эвакуируемого золота все же была вывезена, расхищена либо безвозвратно утрачена.

Какой же практический вывод может сделать для себя человек, желающий принять участие в поисках затерянных во времени и пространстве сокровищ? Вывод этот прежде всего касается вероятностного распределения отдельных частей некогда единого обоза. Вырисовывается следующая картина, вытекающая из проведенного выше анализа. Из общей массы груза, некогда отягощавшего 80 первоначальных повозок, на территории Краснодарского края в лучшем случае сохранилась в неприкосновенности лишь половина, а может быть треть или даже четверть. Причем уцелела именно та их часть, которая была спрятана практически сразу, после поспешного бегства из Ека-теринодара. То есть тогда, когда еще сохранялось управление и обозом, и охраняющими его войсками. Прятали его в то время Н. С Рябовал и священник Калабухов. Известно, что при этом они расстреляли своих помощников, едва лишь те успели замаскировать захоронение. Но и сами они недолго здравствовали* 13(26) июня 1919 года в Ростове-на-Дону, в ресторане «Палас-отель», был застрелен сам Рябовал. Поговаривали, что там произошла обычная пьяная драка, но. кто знает истинную причину этого убийства? Калабухов же был повешен еще ранее. Таким образом, существует обоснованная вероятность того, что весьма значительная часть сокровищ Кубанской рады так и хранится неподалеку от современного Краснодара, а информационные ключи от данного захоронения хранятся в руках г-на Калашникова.

Тут же следует уточнить, что не только два упомянутых деятеля имели сведения о точных местах захоронения ценностей. Непосредственное отношение к данному довольно длительному и многотрудному процессу имели и другие военные и гражданские лица. Например, глава правительства краевой Кубанской рады Лука Лаврентьевич Быч, атаман А. П. Филимонов, полковник казачьих войск В. Л. Покровский. Наверняка и конкретные исполнители, уцелевшие после сокрытия драгоценной поклажи, тоже сохранили в памяти приметы хотя бы части кладов «до востребования». А поскольку свидетелей и непосредственных участников было предостаточно, то, стало быть, захороненные в период гражданской войны ценности вполне могли быть извлечены несколько позднее.

Для примера можно сразу же привести содержание небольшой статейки из газеты «Степная новь». В редакцию обратилась женщина, мать которой оказалась невольной свидетельницей странных событий. «. Была война, мужа не было, а на руках двое сыновей двух и четырех лет отроду. Жила она тогда в угловом доме на окраине станицы (сейчас это пересечение улиц Новощербиновская и Украинская), а за забором был пустырь. Именно там ночью появилось большое число людей и груженых повозок. Времена были смутные, поэтому немудрено, что женшина испугалась и, прихватив детей, схоронилась в деревянном сарае, откуда продолжала наблюдать за тем, как развивались события.

Тем временем военные согнали в кучу множество людей, которых заставили лопатами рыть большую яму. После этого в нее сносили какие-то тюки (было темно, и рассмотреть в деталях не удалось). Затем копавшим, по всей видимости, было приказано раздеться. Раздались выстрелы. Люди валились в яму, а сверху их забрасывали землей. Рядом с захоронением посадили тополь, который впоследствии вырос в большое дерево. Когда на месте захоронения земля осела, туда набралась вода, и детишки использовали это место как импровизированный каток».

Обратите внимание на то, что описан просто классический образец клада «до востребования». Посторонние свидетели убираются, дерево для отметки «тайного» места сажается, злодеи исчезают в неизвестном направлении. А что в результате? В результате все равно имеется масса свидетелей и непосредственных участников событий, которые могли впоследствии наведаться к яме за некогда спрятанной добычей. Да, забыл сказать о том, что речь в письме идет о станице Староминская, которая (вот совпадение-то) лежит примерно в шестидесяти километрах все от того же Ейска. И поэтому вполне возможно, что данное захоронение произвела часть офицеров, отвечающих за эвакуацию какой-то небольшой части кубанских ценностей. Если она все еще находится там, то отыскать ее не представляет для меня особого труда. Вот только это опять населенный пункт.

Что же касается остальной части утерянных сокровищ, то сложности с их отысканием гораздо более значительны. Начнем с того, что признаем честно — приличная их часть была попросту растащена по карманам и исчезла бесследно и безвозвратно. Какая-то частичка ценностей была вторично утеряна и во время непонятного затопления «Громкого». По показаниям свидетелей, это были четыре громоздких, окованных железом ящика, которые были заперты в трюме. Интересно, что доставили на борт эти ящики с «боеприпасами» матросы, которые выкопали их в тех местах (к северу от Екатеринодара), где перед неудачным штурмом города сосредоточивались обозы и войска как Добровольческой армии, так и Кубанской рады. Подозреваю, что после гибели генерала Корнилова, когда Деникин приказал войскам двигаться на север, к Дону, поборники самостийной Кубани захоронили на месте стоянки подведомственные им сокровища. Кстати сказать, и маршрут следования А. И.Деникина и путь отступления участников «Ледяного похода» удивительно совпадают с маршрутом следования «северной» эвакуационной колонны.

Но и здесь есть свои загадки и недоговоренности. Доподлинно известно, что небольшой обоз с ценностями (пять подвод) оторвался от основной колонны белых войск и тоже свернул к Ейску, пользуясь ночной темнотой. В связи с этим некоторые исследователи данной проблемы предполагают, что несколько тонн ценностей до Ейского порта так не добрались, а были спрятаны в районе станицы Новошербиновская. Якобы приложил к этому руку некий Федор Андреевич Щербина, уроженец этих мест, который впоследствии (весной 1920 года) умудрился-таки вывезти часть регалий Кубанского казачьего войска через Новороссийск за рубеж. Разумеется, он и сам эмигрировал вместе с сокровищами на пароходе «Константин».

В заключение необходимо упомянуть и о специальной комиссии ВЧК, прибывшей в столицу Кубанского края в 1921 году. Комиссия была создана по распоряжению товарища Дзержинского и имела основную задачу Отыскать следы исчезнувшего золота. По слухам, ничего чекистами найдено не было, но то по слухам. Лично я несколько раз встречался с примерами прямо противоположного свойства и в примитивное лопоушество чекистов не слишком верю.

Возможно, среди читателей, ознакомившихся с данным очерком, найдутся такие, кто более основательно заинтересуется данной легендой и продолжит мои изыскания. Им я хочу сказать, что лищь слегка затронул столь грандиозную проблему. Также хочется дать один совет всем начинающим поисковикам и кладоискателям. Он заключается в том, что я просто категорически не советую по прочтении данного материала начинать самостоятельные и скоропалительные поиски. Должен прямо сказать, что всякий поиск — дело очень дорогое, тонкое и сложное. Даже отдав поисковым работам много десятилетий и накопив весьма солидный опыт, я постоянно сталкиваюсь с ранее не встречавшимися трудностями и проблемами.