Золотое поселение: репортаж из деревни «нелегальных старателей»

Бабе Рае, старейшей жительнице села Архангельское, на днях исполняется 90 лет, а золота она так и не видела. В 1954 году муж Мубарак Култубаев привёз её с Сахалина, обещая показать самородки.

«Он ходил на прииск, – рассказывает баба Рая, – но ему не продали. Отказали».

Столетние традиции так называемого «вольноприносительства» – свободной добычи золота для населения – были запрещены как раз в год свадьбы Култубаевых.

Этой осенью в Госдуме РФ должно пройти второе слушание законопроекта «О добыче россыпного золота индивидуальными предпринимателями».

С такой законодательной инициативой магаданские власти выступили более трёх лет назад. По словам председателя Магаданской областной думы Александра Александрова, легализация индивидуальной золотодобычи снизит социальную напряжённость в регионе и решит вопрос трудовой занятости: ведь даже магаданские пенсионеры не прочь попытать удачи.

Стоит отметить, что речь идёт о лицензировании на участках, где нет балансовых запасов золота, а также об отработанных полигонах. Всего-то и надо – внести поправки в Закон «О недрах» (закон о том, кому принадлежат богатства России и кто этим имеет право пользоваться). Но у золотой законодательной инициативы тысячи поклонников и сотни противников. Последние побаиваются, что либерализация золотодобычи оживит в стране страницы Джека Лондона с пальбой, погонями и салунами.

Южный Урал в рейтинге золотоносных регионов России занимает 13 строчку. В селе Архангельском Миасского района, где, по слухам, водится золотишко, с тазиками по горам никто не бегает. И тем не менее деревенским жителям есть о чём молчать.

Самый крупный в России самородок – «Большой треугольник» весом 36,022 кг – был найден в Челябинской области, недалеко от села Архангельского на Царёво-Александровском прииске, известного в советские времена как Ленинский. В 1842 семнадцатилетний сирота Никифор Сюткин получил за счастливую находку 4 390 рублей ассигнациями. Сегодня официально принято считать, что золото на Ленинском прииске исчерпано. Однако, судя по свежеперекопанному лесу по всей округе, что-то там всё же осталось. Взять хотя бы тот факт, что в километре от деревни, в соседнем посёлке Октябрьский, снова заработали экскаваторы.

Раннее утро. На «золотом» карьере собираются местные рыбаки. Каждый второй матом жалуется на шум, а заодно и на жизнь. По деревне ходят «страшные» слухи, что если геологи найдут жилу чуть левее, под домами (сама деревня в 10 метрах от карьера), то придётся местным жителям перебираться в другое место, и что золото роют «варяги – иностранцы».

Заместитель генерального директора предприятия «ООО МиассДрагМет» Александр Корнев – потомственный старатель, его прадед и прабабка мыли золото в начале XX века на Ташкутарганке. За сутки, по его словам, его предки намывали не менее 10, а то и 40 грамм золота.

«Этот участок чётко определён специалистами, деревенские зря боятся, – рассказывает он. – Забросили ещё в 60-х. Трест «Миасс Золото» перешёл туда, где металл крупнее».

Золотодобытчики «в законе» к вольным старателям относятся с большим уважением. Сам Корнев борется за их права не первый год – пишет в Москву, в Государственную Думу. Настоятельно просит депутатов взяться и принять закон о частной добыче. Корнев уверен, если деревенские начнут искать золото, разрешатся сразу две социальные проблемы: местным некогда будет пить и вопрос безработицы отпадёт сразу. Труд золотодобытчика тяжёл, но это реальная возможность заработать на хлеб.

Семья пенсионеров Малыгиных купила дачу в Архангельском лет тридцать назад. Статью уголовного кодекса о частной добыче драгметаллов организованной группой лиц, где обещано до семи лет лишения свободы, Малыгины не читали и ради интереса пару раз ходили в горы с лопатой, копали. Но, как рассказывают – не повезло.

«Наши бабушки и дедушки добывали здесь много золота, – рассказывает Надежда Малыгина. – Вы только посмотрите, ведь все дома в Архангельском стоят на плитняке, а это не что иное, как отбитые при золотодобыче скалы».

Мнение эксперта

Иван Зазуляк, геолог. «Золото возле села Архангельского есть. Конечно же, что-то выбрали деды до 50-х годов, потом ещё копали в 70-х. Думаю, 20–30 % в горах ещё осталось. Промышленного значения участки у Архангельского не имеют».

Иван Иванов, предприниматель из Челябинска, купил в Архангельском дом с надеждой поиграть в «золотую лихорадку». Пока он ходит по старым архангельским шахтам без лопаты – с фотоаппаратом.

«Вот хотели же устроить в горнозаводской зоне уральскую Швейцарию, – вдохновенно рассказывает Иван. – Золотые шахты и прииски – самое место для этого. Как в Канаде, можно сделать и у нас, и в Магадане, и в Якутии. Приехал на прииск, купил тут же ведро золотоносных песков и шуруй лотком. Мало одного ведра – покупай ещё одно. Поверьте, будут покупать и мыть будут с большим удовольствием».

Противники индивидуального предпринимательства в золотодобыче говорят о том, что если физическим лицам будет позволено свободно добывать золото, начнётся полный беспредел: воровство друг у друга и с приисков, нелегальные «золотоскупки». Специалисты золотой отрасли уйдут на вольные хлеба, а российские золотоносные регионы превратятся в районы, где хозяйничают вооружённые легализованные «хищники».

Мнение эксперта

Иван Зазуляк, геолог. «Уверен, никакого золотого бандитизма не будет. Во всяком случае, в нашей области всем подряд браться за добычу золота не придётся. Запасы остались небольшие, вложения в новый поиск и разведку экономически невыгодны. Только 10 процентов из вложенного дадут отдачу. Главная банда – это государство. А то, что обычный человек пойдёт и перекопает несколько тонн грунта – в этом нет ничего страшного. Ну, найдёт он грамм золота, прокормит себя, что в этом плохого? Я на золоте работаю более 30 лет. В своё время сотрудники ФСБ предлагали мне сесть в вертолёт и помочь в ловле старателей. Я отказался, потому что считаю, что разрешение на частную добычу золота спасёт многие регионы от безработицы. Магадан, например. Обворовать государство и недра подчистую они не смогут – это тяжелейший труд, а вот на хлеб заработают».

Сын бабы Раи из Архангельского – Николай Култубаев, безработный – старатель только спьяну.

«Давай, тащи металлоискатель, – говорит он, – я тебе прямо сейчас покажу, где архангельское золото осталось».

Возможно, покажет, но официально работать тут пока нельзя. Формально сейчас любой турист с кусочком золота может быть приравнен к преступнику. Потому в деревне ни самородками не хвалятся, ни о том, что нашли, не рассказывают.